вину утвердительно, наполовину вопросительно проговорил Костик и тут же стал подсчитывать. — Это, если прибавить почти две тысячи нашей эры, да к тем трём тысячам до нашей эры... Получается где-то в общей сложности около пяти тысячелетий назад?
— Совершенно верно, — подтвердил Сэнсэй.
— Древний мужик! — промолвил Андрей, услышав такую цифру, и с улыбкой добавил:
— А я-то думаю: и почему я о нём не слыхал?
— Да слышал! В школе. Он же в истории упоминается, — подсказала ему Татьяна.
— У Андрюхи на уроках истории были дела поважней, чем слушать, — с юмором известил её Костик.
— И кто бы это говорил! — встрепенулся Андрей. — Хотя честно признаться, не любил я историю как предмет. Скукотища страшная. Да ещё учительница так читала, что глаза сами «уходили на закат».
Костик хотел ещё что-то сказать, видимо по этому поводу, но Николай Андреевич, корректно перевёл разговор на более интересные темы.
— Насколько мне известно, Имхотеп был ещё и выдающимся врачом своего времени.
— Да, и не только врачом, — подтвердил Сэнсэй. — Имхотеп был настолько значимой Личностью, что он достоин того, чтобы я рассказал вам о нём более подробно...
Сэнсэй сделал паузу, попросил у Виктора бутылочку минеральной воды, которую тот держал в руках, и, немного отпив из неё, вернул её. А затем продолжил рассказ.
— Имхотеп родился близ Мемфиса, тогдашней столицы Древнего Египта. Он был сыном простолюдина, великолепного каменщика по имени Кнофер. В те времена школ, как таковых, не было. И обучение детей проводилось в семье. Как правило, какую специализацию имели родители, ту осва-