богине Исиде. И благодаря этому тайному имени Исида получает власть над царём богов.
— Любопытно, — промолвил Николай Андреевич, — раз в Древнем Египте этому придавали такое большое значение, то можно предположить, что вся эта информация базировалась не на пустом месте?
— Безусловно, — кивнул Сэнсэй.
— И какие знания лежали в её основе?
— Что касательно подлинного имени человека... Изначально считалось, что в момент проявления души в материальном мире Бог давал ей имя, которое душа несла в тайне через все реинкарнации. Посредством этого имени Бог общался с душой, и когда она созревала, Он призывал её к себе. И если каким-то образом кто-то узнавал подлинное имя души человека, то, используя его, мог влиять и на самого человека. Но, как правило, эти знания доступны помимо Бодхисатв, только высокодуховным людям, которые заканчивают свой земной цикл реинкарнаций. Среди людей же изредка бывает так, что имя человека, данное ему с рождения, совпадает с его подлинным именем. Но, как правило, сам человек даже не подозревает об этом. И подобное «совпадение» происходит неспроста, а в особо значимых случаях.
К сожалению, сейчас эти знания относят к разряду «фантастики». Хотя отголоски этих знаний об имени, как понимании первого элемента в себе, некой глубинной внутренней сущности, того, что вкладывается, налагается на человеческую сущность, присутствуют у разных народов.
Например, взять то же индоевропейское слово имени — n-men — то есть «в», «внутри». Или же русское диалектное «во ймя» — «имя». У индусов, в той же брахманической концепции, существует убеждение, что подлинное имя человека характеризует природу носителя данного имени, то есть тождество «имени и формы» — na _ maru _ pa (кста-